АЛГА!

ПРЕЗИДЕНТСКАЯ ЁЛКА БЛЯ

Москва, клуб "Форпост", 14 октября 2001 года

Ермена Анти из актюбинской "Адаптации" все как-то враз присобачились записывать в сугубые адепты разнокалиберных политических течений. Причём, одеяло тащили на себя, как патриоты (что вполне объяснимо), так и подозрительные представители сахаровско-гайдаровской тусы (что совсем уж неприлично). Наивно желал вписаться в оппозиционный мэйнстрим и я. Ермен, помнится, яростно открещивался.

ДС: А всё-таки, в плане политнекорректности. Признайся - "1000 долгих дней пустоты" - это, чистая оппозиция, разочарование в каких-то НБП-делах?
ЕА: Нет никакого разочарования. Какие-то партии вообще в этом альбоме не при чём. Там в песнях всё сказано, и искать что-то политнекорректное не имеет смысла. Я не задумываюсь над этими делами.
ДС: Ты вообше никогда не задумывался или только на этом этапе?
ЕА: Я считаю, что в песне этого вообще не должно быть. Если тебе есть что сказать, то ты говоришь. Отношение там, допустим, к тому режиму, который в Казахстане сейчас. Я вижу, что происходит и написал песню "Жизнь в полицейском государстве". Всё - и этого достаточно, я считаю. Это лучше, чем ходить и языком молоть направо и налево.
ДС: А что у вас происходит?
ЕА: Происходит то же, что и у вас. Просто в какой-то момент у нас это сильнее выражалось. А, может, в какое-то время у вас это сильнее будет выражаться - я не знаю. У власти те же люди остались, что и были 10 лет назад, которые полностью перекрасились и занимаются тем же самым.

Надо сказать, что изначально неверно заданную тональность этого интервью значительно скорректировал харизматический сон, увиденный мною непосредственно после беседы с Ерменом Анти. Видел я себя в нём на улицах маленького индустриального города, подобного Актюбинску. Проходя по безликим "переименованным улицам", я натыкаюсь на монументальное здание сталинского (!!) типа, которое меня безудержно манит доносящейся из своих недр песней "Смысловых галлюцинаций" "Звёзды-3000".
Тоже как выяснилось, группка, не без латентных реверансов в сторону политнекорректности. Не далее, как сегодня, услышал по радио речь старательно косящего под скина из рабочей династии брянского депутата-коммуниста Шандыбина, который пламенно освежёвывал их очередную тушку "Зачем топтать мою любовь". С нетрезвой слезою в голосе, Шандыбин вещал, что лирический герой этой песни испытывает вполне объяснимое для современной политической ситуации чувство тревоги и страха перед будущим. "Песня очень полезная и своевременная, - подытоживал мнимый скин, - только вот я пожелал бы автору добавить в ней такую нотку, которая бы убеждала слушателя, что Россия ещё поднимется с колен".
Ну так вот, в надежде открыть для себя очередной рассадник революционных идей, я заваливаюсь внутрь сталинской домины. А там... Владимир Владимирович Путин собственной персоной. Абсолютно доступный - и безо всякой охраны. Решаюсь воспользоваться моментом и взять у него автограф на карманной Библии, которую я пользую во сне взамен записной книжки. Путин доброжелательно ставит размашистую виньетку прямо на кожаной обложке. Окрылённый невиданной удачей, я тут же бегу похваляться автографом своему врубному другу, а друг и говорит: "Нет он не просто тебе расписался - посмотри, здесь ещё есть вполне осмысленная фраза.
Склонившись над дорогим переплётом, мы с трудом разбираем невообразимые каракули: "Я - такой же, как и вы все: дышу - громко, слышу - ровно, чувствую себя - спокойно. В.В. Путин". Я отчаянно пытаюсь протестовать, типа, да что он о себе мнит, да я, например, не как все, я - тих, тревожен и пессимистичен. Но поздно метаться - ВВ вынес приговор. То же самое зафиксировал и Ермен Анти в своём умопомрачительном демо "Тысячи долгих дней пустоты" - полнейшее отсутствие вертикального духовного и политического измерения - и следующий за этим вынужденный напряжённый покой. Последующие "адаптационные" выебоны (название группы обязывает-таки!), реинкарнировавшие в недавний альбом "Джут", только усугубили первоначальный результат.

ДС: Ермен, вот, альбом "Тысячи долгих дней пустоты"...
ЕА: "Джут" называется... Сначала мы его записали, всё это существовало под названием "Тысячи долгих дней пустоты". И сразу же прикрыли издательство, которое намеревалось выпустить этот альбом. Но пару копий я успел переписать, видишь, он даже до Интернета дошёл. Дело в том, что там звук получился нехарактерный для нас.
ДС: Я заметил...
ЕА: У нас звук гаражный, который сформировался благодаря тому, что в течение лет пяти мы играли в подвалах, на гаражах каких-нибудь, на квартирах. А там звук получился нехарактерный, потому что на гитаре использовалась примочка с компрессором. И мы "закрыли" альбом, где-то через полгода приехали в Москву и гитару полностью прописали по новой. То есть на нашей примочке, без всяких там спецэффектов каких-то. И мы заменили одну песню: вставили "Жизнь в полицейском государстве", а "Квартиру" убрали. Потому что "Квартира" тоже выпадала из саунда, она единственная была прозрачная вещь, которая там затесалась. Ну, и сейчас вышел альбом "Джут" на лэйбле "Выргород". Звук здесь концертный получился, потому что у нас никогда не было хорошей аппаратуры, и в течение нескольких лет мы репетировали в гаражах где-нибудь, в подвале или на квартире на плохой аппаратуре и благодаря этому у нас сложился такой специфический звук. А потом он на хорошей аппаратуре звучит достаточно необычно. Это я имею в виду концерты, потому что идеальный звук у нас бывает только там. Редко, но бывает. Вот, в "Безвременье" полностью отражён наш звук так, как, как мы должны были звучать в 99-ом году. Там звук меня полностью устраивает. Но не устраивает оформление. Я, например, не доволен обложкой "Безвременья", можно было сделать по-другому, получше, шрифтовку изменить.

Тут-то я и замечаю, что слово "live" написано на "Безвременье" тем же шрифтом, каким мне Путин отстёгивал автограф от щедрот своих. Чего Ермен, интересно, хотел бы убрать - грозную шрифтовку сталинских времён "Адаптация" "Безвременье" или жалкую путинскую закорючку?

ДС: "Безвременье" - это некая вершина?
ЕА: Нет, не вершина, это просто на тот момент был для нас актуален такой звук. А с "Тысячей долгих дней пустоты" история получилась такая: я считаю, что процентов на 70% весь обгрызен только из-за технических накладок.
ДС: То есть, то, что в Интернете известно под именем "Тысячи долгих дней пустоты" - это не входит в вашу дискографию?
ЕА: Я не считаю, что это - альбом. Это просто запись, которая вопреки нашей воле разошлась.
ДС: А то, что там какие-то блюзовые фишки продвинуты, которые для вас нехарактерны были?
ЕА: Это песня "Лето". Кстати, именно "Лето" из "Тысячи долгих дней пустоты" вообще без изменений вошла, в таком же варианте.
ДС: Это ведь нечто новое для вас?
ЕА: Это не нечто новое, просто песня блюзовая, поэтому и сделали её так.
ДС: Но ведь до этого не было у "Адаптации" такого, я просто поразился, как это органично легло.
ЕА: Мы любую музыку, в общем-то, можем играть. На одном панк-роке не заморочены надо рэгги сыграть - мы рэгги сыграем, надо блюз - сыграем и блюз.

Великолепно!! Здесь то и кроется ответ на скабрезный вопрос сермяжного нигилиста Игоря Понедельника, на кой же нам следует продвигать "Адаптацию", если у нас уже есть Егор и Янка? "Панк - рэгги - блюз" - вот спасительная формула современного андеграунда. Безудержный экзистенциальный анархизм, помноженный на укуренную пофигистическую расслабуху растаманов и несколько фальшивые, нацеленные на длинную кабацкую деньгу, тоскливые жалобы на жизнь ниггеров-блюзменов и их несколько новорусских "белых братьев". Эта спасительная ниша находится как раз между бесстыдным форматом брит-попа и всячески маскирующимся под панк-протест нутряным шансоном. Всё вместе это, кстати, приближается к психоделическому панку, гордо несомого Ником Рок-н-роллом. Результаты выходят поразительные - стоит хотя бы послушать дебютный альбом Владимира Белканова "Нейтралитет" или свежий диск Ника "Падре". "Падре" вообще творился в студии признанного рэггиевого гуру Дмитрия Федосеева... Между прочим, во время записи диска Ник Рок-н-ролл, при всём своём устойчивом коннекте с трансцендентальным, хватил-таки дополнительных запредельных центров, выуженных Федосеевым из ганджубасового общения с Джа. Так хорошо ему ещё, по собственному признанию, никогда не было.
Дааа, Москве всё-таки необходим лэйбл психоделического панка. Пренепременно - с Ником во хэдлайнерстве. Представляете, КАКАЯ атмосфера будет царить там!

ДС: Вот, что ещё касается вопроса о влиянии. Ты цитируешь "Печальный уличный блюз" Ника Рок-н-ролла в одной из своих песен...
ЕА: Да как, влияния, может, никакого определённого и не оказал. Слушали на определённом этапе нашей жизни. Альбом "Московские каникулы" очень сильно нас вставил. Ну и всё. С Ником мы знакомы, но я давно не слышал его на концертах, поэтому что-то сказать о нынешнем его творчестве я не могу. Вот тогда было круто, нормально.
ДС: То есть немножко не в теме?
ЕА: Не то, что не в теме, просто никак не могу попасть на его концерт, послушать новый альбом. Какая-то информация доходит, какая-то нет.
ДС: Кстати, новый альбом из старых вещей, в основном, состоит - "Филька Шкворень", "Улететь", "Аллах Акбар"...
ЕА: Да, я знаю. Мы с ним играли даже вместе на одном концерте давно.
ДС: Я у Ника поинтересовался насчёт вас, говорю, вот, "Адаптация" - это Ваши ученики, он так напрягся, говорит: "Да нет, я их так не воспринимаю".
ЕА: Я тоже не воспринимаю себя его учеником.

Один мой приятель, которому окончательно своротили крышу просмотр "Дорза" и перечитывание "Ричарда Третьего" ранним пасхальным утром, за бутылкой отвратнейшей "Оболони" доверительно протягивал мне ножик, предлагая вновь воспроизвести подвиг Ван-Гога. "Если ты ЭТО сделаешь, - парировал он, - я поверю, что твои стихи гениальны".
(И звали-то его синонимично названию песни "Адаптации" "Бищара-рай" - Олег...
ДС: Ладно, по поводу казахских слов в твоих песнях... Вот "Бищара-рай" что означает?
ЕА: Тяжело, мне уже надоело всё это объяснять, что означает слово "бищара"! "Бищара" по разному можно трактовать это слово, объёмно очень всегда. Можно так считать - "святой". Можно какой-нибудь там... Не знаю, тяжело, в словарях даже трудно найти дословный перевод).
Нику не нужно доказывать своей поэтической гениальности - это и так очевидно. Его творчество принято высшими силами, но сам он ощущает некие препятствия в самоопределении. Ему мало духовного приобщения к Абсолюту, гораздо важнее телесное проникновение в рай, а с этим как раз - определённые проблемы: "Небеса нас отметили - земля не приняла". Говоря словами из моей подлетовской "juvenili 'и", Нику непременно бы хотелось, "чтобы к бесплотной букашке после смерти какой-нибудь -ИЗМ прибавили". Именно поэтому он режет себя в кровь перед многочисленными зеркалами, приучая Зазеркалье к самому чувству боли, к тому, что он будет испытывать это чувство даже ТАМ. Тем самым он увековечивает, трансцендирует собственную материю.
Ник чересчур заморочен по идее двоемирия. Не случайно уже в 15 лет он пишет одно из самых известных своих стихотворений "Мир разделён на две неравные части давно". Ермен же долгое время проявлял себя как конченый реалист, пока не убедился, что видимый мир - лишь иллюзия. Всё неминуемо должно поглотиться бездной, пустотой, но неизвестно, кроет ли внутри себя эта пустота нечто обнадёживающе буддистское. Поэтому Ермен чурается антитез и не шибко доверяет зеркалам:

Ну а если проснусь, то не выдам себя
Втихаря улыбнусь, разобью зеркала
("Мой город будет стоять")
И все зеркала - это только картины
Тех мест, где рождается боль
("Там, где рождается боль")

Показательно, что Нику для получения пропуска в телесный рай важно доказать свою верность боли ЗДЕСЬ, тогда как Ермен вполне убеждён, что боль уже покоится в мире платоновских идей, и до неё только нужно суметь дотянуться. А материальное проникновение в запредел Ермена просто коробит:

Всё уже спето и как-то нелепо
Я наступаю на голое небо
("Там, где рождается боль")
Гусиной кожей покрылся мир
Я наступаю ногой на небо
("Грязь")

Ермен чересчур избирателен, чист, субтилен. Кто бы мог ожидать такого от автора песни "Грязь"? Упоминание в этой песне об Артюре Рембо начисто сглаживает все противоречия. Рембо также пытался отрицать христианческое двоемирие, отдавая явное предпочтение "стерильной трансцендентальности": "Рембо еще менее Бодлера можно назвать христианином - пусть даже его поэзия пронизана энергией, родственной религиозному экстазу. Но эта энергия пропадает в ничто стерильной сверхъестественности" (Гуго Фридрих, пер. Евгения Головина).

ДС: Острый вопрос - такая плотная наркотическая тематика в твоих песня - откуда она?
ЕА (обескураженно): Я наркотики не употребляю.
ДС: Да я и не про это вовсе! Вот "Грязь" - "Мы с ним кололись одной иголкой". Артюр Рембо, опять же...
ЕА (задумывается): Не знаю, мы, наверное так жили в своё время - и эти песни были написаны так, переданы различные состояния. Тяжело, я не задумывался конкретно, почему именно наркотическая тематика. Могу точно сказать - я никогда не ставил её на передний план.
ДС: Это и понятно. Меня чисто твоё восприятие интересует - никакой сенсации.
ЕА: Просто возникает какой-нибудь трип и переносится на бумагу. Я могу себе это позволить - вставить в песню. Но никакой определённой цели не преследуется. Пропагандой наркотиков не занимаемся (смеётся).
ДС: А Артюр Рембо как поэт оказал на тебя какое-то влияние или ты действительно "не читал его стихотворений"?
ЕА: Мне обещали подарить его книжку.
ДС: Но не читал?
ЕА: Не читал.
ДС: А откуда ж он тогда в твоей песне возник?
ЕА: Я видел кино про него.
ДС: Это не "Затмение", случайно, где Леонардо ди Каприо играет?
ЕА (оживляясь): Да, где его там в жопу ебут.

Между прочим, это единственное место двойной беседы, где Ермен по-настоящему оживляется. Ох и тяжело беседовать с человеком, похерившим напрочь духовную вертикаль! Хотя он и способен достигать состояния, когда "все горизонты равны нулю" ("Улицы города"), что-то здесь не так. Может быть, дело всё в языке описания? В предыдущей "КонтрКультУре" Сергей Жариков писал о размазанных по горизонтали словах Ермена, которые "не столько выражают, сколько изображают". Натурально, слова при этом подбираются нейтральные и затасканные. "Жопа" - уже нонсенс. Причём, не только в интервью, но и в относительно поздних песнях. Хотя, Ермен способен и на большее.

ДС: А из "Кайфа больше нет" строчка "год прошёл, президентская ёлка, бля"... Такая странная строчка, откуда она возникла?
ЕА: А просто у нас, в Казахстане каждый год проводятся президентские ёлки. И в каком-то году, давно, там в 96-ом или в 97-ом её проводили в Актюбинске. Очень сильно разрекламировали, был очень дорогой билет... не знаю, сколько, там, в баксах цена выражалась. То есть простые дети туда попасть не могли, естественно, туда попали дети буржуазии, нового народившегося класса. Поэтому такая строчка. Короче противно такой Новый год встречать!
ДС: От отчаяния какого-то так написалось, да?
ЕА: Нет, зачем от отчаяния. Просто хотелось спеть про это. Если я не спою, кто споёт, правильно?

Фраза "президентская ёлка бля" вообще мантроподобна. Её хочется повторять вновь и вновь, без всякого, заметьте, ущерба для собственной кармы, обычно пробиваемой всякого рода "непотребными" словами. Всё дело - в сугубо вертикальной символике этого высказывания. Новогодняя ель, как известно, является одним из самых впечатляющих прообразов духовной вертикали - Мировое Древо сочетающее небо и землю. Однако эпитет "президентская" абсолютно профанирует сакральное значение ели, делает её атрибутом сугубо материального мира, освящённого идеей бесцельного потребительства и печального официозного празднества. "Бля" же разносит в куски пафосную структуру елейного репортажа об узаконенном сверху новогоднем празднестве. Это не пресловутый бахтинский "низ", скрашивающий метафизическими прорубами суровое бытие усреднённого маргинала, это - просто необходимый противовес заигравшимися в демократический аристократизм постмодернистам. Елке, таким образом, пусть даже и на языковом уровне, возвращается законное положение между правым и левым, возвышенным и низменным. Именно в этой фразе Ермен приходит и к заветной Вертикали, и к Мистическому Центру.
Не случайно "Кайфа больше нет" тяготеет к рэп-кору. На недавнем концерте "Адаптации" в "Форпосте" некие вошедшие в транс чуваки выкрикивали под неё рэп-заклинания, сопровождая своё чуть ли ни горловое пение характерными гангста-жестами, в которых преимущественно были задействованы средние пальцы. Как тут не помянуть пелевинскую "Нижнюю Тундру": "Он им всем в ответ показывал один палец, средний, чтобы они поняли, что хоть оленей у него совсем нет, и он в мире один, зато, по всем китайским понятиям, стоит точно между землёй и небом".

Беседовал Денис Ступников

Хостинг от uCoz